- Я и удивился и обрадовался,-говорит актер.- О работе с режиссером Латифом Файзиевым вспоминаю с удовольствием - было трудно, но очень интересно.
В образ Налымова, созданный в сценарии Артура Макарова, влюбился с первого взгляда". Человек долга и чести,
защитник угнетенных, истинный интеллигент, он стал дорог мне еще и потому, что сам я и прежде интересовался той
славной страницей русской истории.
Прошли пробы, меня утвердили на роль, но... в Московском драматическом театре имени К.С.Станиславского, где я был
занят на репетициях спектакля "Исповедь" по "Былому и думам" А. Герцена, и слышать не захотели о долгих отлучках,
связанных с киносъемками. Пришлось послать в Ташкент телеграмму с отказом oт роли. Но все же я попросил
постановщика спектакля режиссера А. Г. Товстоногова прочесть сценарий. Возвращая его мне, он сказал: "Ну что ж,
поезжайте, грех отказываться!" Снова побежал на телеграф...
Как известно, работа над фильмом никогда простой и легкой не бывает. Но в данном случае труднее всего мне давались
эпизоды с англичанином Бернсом. Важно было не лобово, во всей сложности и непременной точности показать
противоборство русского офицера Налымова, приехавшего в Афганистан с миссией дружбы и мира, с "представителем
британской короны" капитаном Бернсом, стремившимся во что бы то ни стало помешать сближению стран-соседей.
Кроме того, в это время ужасающей была жара-мы снимали в Бухаре. И еще одна трудность-Налымов отличный наездник, а я сел на коня лишь второй раз в жизни.
- А впервые когда?
- В первом моем фильме "Землянка"
("Тайна партизанской землянки", прим.), где играл командира партизанского отряда...
- Как вы пришли в кино?
- Если можно так сказать, со многими пересадками. Я ведь еще дома, в Херсоне, закончил музыкальную школу по
классу скрипки. Стал учиться в Красноярском музыкальном училище, но... сломал палец. Со скрипкой пришлось
расстаться, перешел на отделение оперетты... Играл в Красноярском театре музыкальной комедии, в Майкопском
драматическом... Ну, а потом-Государственный институт театрального искусства. Когда готовился к диплому, пригласили
сниматься в картине
"Моя любовь на третьем курсе" - там мне довелось стать комиссаром стройотряда Алешей. Эту
работу увидел автор сценария фильма
"Пыль под солнцем" Е. Котов и посоветовал режиссеру М. Гедрису попробовать
меня на роль Варейкиса. Интересно было и встретиться с героем, мужественным, решительным большевиком-ленинцем,
и работать с такими талантливыми актерами, как
Петр Вельяминов, Владимир Заманский.
Сейчас я снимаюсь уже в пятнадцатом фильме. Командир десанта, герой ленты
"Десант на Орингу", врач международного
космического экипажа в
"Звездном инспекторе", бандюга "Блондин" в фильме
"Особо опасные", в "Юлии Вревской"-
брат художника Верещагина, тоже художник...
- А не влечет ли вас, бывшего актера оперетты, к киномюзиклу?
- Сейчас уже нет. Более интересны роли психологические.
- Если бы вы не стали актером, то кем бы хотели быть?
- Юристом. Потому что юрист и актер-очень близкие профессии. Я люблю наблюдать людей, стараюсь понять, почему
человек поступил так, а не иначе. Это просто необходимо в нашей актерской работе.
- В каких фильмах вы снимаетесь сейчас?
- На киностудии имени М. Горького режиссер С. Гаспаров снимает остросюжетный фильм
"Шестой" - о людях советской
милиции в первые-послереволюционные годы. Мой герой-врач, друг и сподвижник начальника милиции, которого играет С. Никоненко.
Кроме того, вновь работаю с М. Гедрисом в многосерийной телеверсии "Американской трагедии". Играю роль адвоката.
Честно говоря, мечтал сыграть Клайда, но возраст не позволил.
- А есть ли заветный образ, который вы хотели бы воплотить на экране?
- Есть. Мой отец. Это был удивительный человек, о его жизни можно написать сценарий. Он был летчик, талантливый
летчик. В годы Великой Отечественной летал на штурмовиках, попал в окружение, сам вышел к своим и немало людей
привел с собой. Большой, сильный, красивый человек. Честный и добрый. Мне с детства хотелось быть таким, как он.
Невсегда, правда, получается...
Беседу вела О. АЛЕКСЮК
СОВЕТСКИЙ ЭКРАН, N14, 1981
